Забытые герои. Последний бой майора Монтрезора

16 августа 2017 - Trang
Забытые герои. Последний бой майора Монтрезора

 

 

Забытые герои. Последний бой майора Монтрезора

 

 

 

 

  

     Невысокую пирамиду из обыкновенных камней, из которых сложена почти вся Армения, несколько раз пытались разрушить стихии и недобрые чужие руки. Но каждый раз за всю почти двухсотлетнюю историю существования памятника люди из окрестных сел восстанавливали его и каждый прохожий или проезжий может подойти, поклониться, положить полевые цветы и прочитать надпись: «Здесь покоятся останки тех 114 русских солдат, которые 21 августа 1804 года под командованием майора Иосифа Монтрезора, сражаясь в неравном бою с шеститысячным войском, погибли смертью храбрых, отдав свою жизнь за великое дело освобождения Армении от персидского ига»...

 



Под беспощадным высокогорным солнцем невысокая трава на покатых склонах порыжела, а сами горы будто сложились ладонями в небольшую долину. Это все произошло здесь. Здесь они бились насмерть, здесь полегли... В надписи на Памятнике есть неточности. Солдат было не 114, а 109, остальные – офицеры. И солдаты назывались в те времена не солдатами, а мушкетерами. 

 

_________________________________

 

 

     Об этом на Западе не напишут книги и не снимут фильмы...

 

     213 лет назад, 14 августа 1804 года, в разгар русско-персидской войны, небольшой отряд под командованием майора Иосифа Монтрезора вышел в свой последний поход. Чтобы совершить невероятный подвиг. Который сегодня почти забыт, и мало кому известен.

     Русские войска осаждали крепость Эривань, им не хватало продовольствия. Из Тифлиса вышел транспорт с припасами. Ему навстречу отправили отряд Монтрезора. В состав отряда вошли четверо офицеров, 108 мушкетеров Тифлисского полка, 11 добровольцев-армян и один бомбардир при легком орудии — единороге. Уже 15 августа русский отряд принял первый бой – его атаковала персидская конница. Майор приказал отряду продолжать движение, проложив дорогу штыками. Мушкетеры, встав в каре, двигались по ущелью. За шесть суток они прошли только двадцать верст, но отбили все атаки. Монтрезор не знал, что конница – это только авангард шеститысячного персидского войска.

     21 августа русский отряд спустился на Бомбакскую равнину, где как раз и находились персы, а также перешедший на их сторону грузинский царевич Александра. Превосходство в силах у противника — 48-кратное. Персы окружили отряд Монтрезора, потребовали сдаться, офицерам предлагали перейти на службу персидскому шаху («в плену вас ждут белый хлеб и хорошее обращение»). Русский майор Монтрезор, потомок переселившегося в Россию французского графа Клода Бурдейля де Монтрезора, ответил, что, как офицер, «смерть предпочитает постыдному плену».

     Всем в отряде было понятно, что этот бой станет последним. Монтрезор предложил армянским добровольцам покинуть отряд, они ответили: «Да, царю мы не присягали, но он далеко, поэтому мы присягаем тебе и остаемся». Русские мушкетеры заняли позиции возле узкого входа в долину. Бой длился сутки, постоянно переходя в рукопашную схватку. Монтрезор был ранен в самом начале сражения, но продолжал руководить боем. Когда в живых осталось около сорока солдат, майор сказал:

- Братцы, я больше не ваш командир, спасибо за службу и смелость! Кто хочет, пускай покинет меня и спасется!

     Русские солдаты еще тесней сплотили кольцо, дали последний залп и пошли в последнюю атаку. Изрубленное тело Монтрезора наши возле пушки. Рядом с ним погибли поручик Владислав Ладыгин и прапорщики Анисим Церец и Михаил Верещаго. В плен попали тяжелоранеными 15 человек. Персидский командующий сарханг Мансур, в знак уважения к храбрости противника, разрешил армянам из ближайших селений похоронить погибших в братской могиле.

     В сентябре 1804 года на месте последнего боя воздвигли монумент в память о подвиге русского отряда. Император Александр распорядился всем войскам, проходящим мимо памятника отряду Монтрезора, идти церемониальным маршем и возлагать к памятнику цветы.

 

Майор Иосиф Монтрезор

     О подвиге майора Иосифа Монтрезора и его отряда не пишут в наших школьных учебниках. Про спартанцев вот пишут, а про это нет. Про подвиг не снимают фильмы и не ставят спектакли. Ну да Бог с ними, с творцами нашими великими, и авторами учебников.

     Но кем мы-то сами будем, если перестанем помнить подвиги? Если забудем Зою, Иканскую сотню, Александра Прохоренко, панфиловцев, восставших в Бадабере, Архипа Осипова и Александра Мамкина?

    
Иосиф Монтрезор. Француз. Потомственный дворянин. Бесстрашный офицер. Русский человек

 

______________________________________

 

 

     Под беспощадным высокогорным солнцем невысокая трава на покатых склонах порыжела, а сами горы будто сложились ладонями в небольшую долину. Это все произошло здесь. Здесь они бились насмерть, здесь полегли... В надписи на Памятнике есть неточности. Солдат было не 114, а 109, остальные – офицеры. И солдаты назывались в те времена не солдатами, а мушкетерами.

     Да, да, многие сегодня не знают, что мушкетеры – это не только Франция, не только дворяне, мушкетеры недолгое время были и в России. Так называли простых мужиков, хорошо обученных обращаться с мушкетами. Так кто же он – Иосиф Монтрезор? Как русский отряд оказался в горах перед огромным войском персов? Монтрезор — дворянский род, происходящий от Клавдия де Бурдейль, графа де Монтрезор, сын которого выехал в XVIII в. в Польшу. Правнук последнего, Карл Лукьянович М. (Карл-Викентий, 1786—1879), был генералом от кавалерии и состоял при особе императора Александра II. Род М. внесен во II и VI ч. родословной книги Курской и Киевской губерний.   В некотором смысле командир того отряда был крестником генералиссимуса Александра Васильевича Суворова. Его отец служил в русской армии много лет, «знал толково российскую грамоту и счет», несмотря на свое французское происхождение, служил какое-то время и в канцелярии великого полководца, был другом одному из самых верных Суворову людей – греку Семену Ставраки, майору, который был адъютантом у Александра Васильевича. И когда Монтрезор погиб в бою, оставив скончавшуюся вскоре жену и трех сыновей, именно Суворов посоветовал бессемейному Ставраки усыновить мальчишек, а потом содействовал в зачислении ребят в специальное учебное заведение. Называлось оно Корпусом чужестранных единоверцев и было создано Екатериной II, которая очень дальновидно полагала, что для управления новыми землями, которыми Россия обязательно прирастет, очень нужны будут сироты – армяне, грузины и представители других национальностей, которых воспитывали в православии и в духе преданности России. Предполагалось, что будут они чиновниками на новых российских территориях. Но позже эти планы изменились, и всех питомцев Корпуса направили на военную службу. Антон, Иосиф и Семен Монтрезоры, став русскими офицерами, расстались навсегда.

 

     Иосиф Монтрезор был произведен в прапорщики, позже воевал на юге России с турками. Уже тогда за юным офицером закрепилась репутация человека отчаянной храбрости в сочетании с трезвым расчетом. И уже тогда юношу заприметил командовавший войсками генерал Цицианов. Именно поэтому, когда Павел Дмитриевич получил новое назначение в 1802 году, он стал собирать с разрешения царя свою команду, и одним из первых попал в нее Монтрезор. И все окружающие с пониманием отнеслись к такому набору элитных не по рождению, а по умению офицеров, потому что новым назначением генерала от инфантерии князя Цицианова был Кавказ, он стал наместником и одновременно главнокомандующим русской армией на Кавказе. Это поприще было не каждому по плечу, нужна была хорошая поддержка людей отважных и преданных долгу.

     В дикое переплетение интересов Англии, Франции, Персии, Турции на Кавказе Россия должна была врубиться и отстаивать интересы свои. При этом расчет был не только на собственные силы, но и на то, что грузины, армяне, другие народы, измученные персидским игом, по мере возможности будут помогать русским в освобождении их земель. Сегодня многие политики разных стран говорят об имперских амбициях России в те времена, забывая о том, что, если бы не эти «амбиции», не пролитая русскими на той земле кровь, вполне возможно, что в списке народов Кавказа были бы только персы и турки. Но... История не знает сослагательного наклонения. Народы Закавказья были спасены от ассимиляции только Россией, русской армией.

     Цицианов полностью отвечал требованиям русской политики на Кавказе. Потомок старинного грузинского рода, он прекрасно знал по семейным преданиям, сколько бед приносили вторжения персов и турок и сколько крови проливали захватчики. И он был готов полностью изменить настроение командования русских войск на Кавказе, сложившееся при его предшественнике – генерале Ираклии Моркове: не вылезать, не соваться, не связываться, не дразнить «басурман». Оборона, оборона и еще раз оборона. Персы хорошо знали настроения Моркова и умело пользовались этим знанием. Это было удобно – вдали от российских войск можно было делать все, что угодно. Поэтому известие о назначении Цицианова их встревожило, особенно когда одна за другой стали присоединяться к России грузинские провинции-княжества. С самого начала 1804 года была объявлена война России. К тому времени разведка персов уже донесла шаху о том, что можно ждать от Цицианова, и шах понял, что действия атакующие, действия на опережение будут успешными и несложными.

     Но Цицианов не дал персам времени на подготовку. В том же январе русская армия перешла в наступление. Население активно поддерживало русских, сражаясь на их стороне. Такая стратегия принесла невиданные успехи: вскоре штурмом был взят один из главных опорных пунктов персов – город-крепость Гянджа.

     Во время штурма отличился командир батальона Тифлисского мушкетерского полка капитан Иосиф Монтрезор. Он настолько бесстрашно вел за собой солдат, что персы не выдержали натиска и позволили русским ворваться в проломы.

     За взятие Гянджи Монтрезор был пожалован вне очереди чином майора. Это был высокий чин по тем временам, и становились майорами обычно только опытные воины, за плечами которых были не одна кампания, не одна победа. А Иосифу Монтрезору было тогда лишь двадцать с небольшим...

     Оседлав коня удачи, князь Цицианов решил продолжить наступление, игнорируя отступивших в сторону Карабаха персов, которых армяне-карабахцы и без помощи русских сдерживали, не подпуская персидские войска к своим селам. Цицианов замыслил поход в Араратскую долину, где укрылся в Эриванской крепости наместник шаха сардар, и таким образом освободить значительную территорию. Но конь удачи уже сбросил с себя седока, хотя Цицианов не подозревал об этом, начиная осаду Эривани.

     Кто бывал в Армении, в Ереване, наверняка знает место, где когда-то была крепость. Вместо нее сейчас над отвесным скалистым обрывом и бурной рекой Раздан высится известный винный комбинат «Арарат» - объект всех туристских маршрутов. А теперь представьте, что нет современных мостов через глубокое ущелье, что мост глубоко внизу – маленький и древний, а вы стоите с войсками на противоположном берегу над такой же пропастью. Задача по взятию крепости вряд ли вам покажется выполнимой. А если при этом учесть, что продовольствие и боеприпасы подходят к концу?

     А если с тыла все время налетает персидская конница, а сил, которые можно ей противопоставить, нет? Есть только пара сотен казаков да конница армянских добровольцев под командой человека невероятной отваги – священника Григория Манучарянца, которые с трудом отбивались от противника на подступах к Эривани.

     Выход был один. Держать худо-бедно осаду, пока не придет помощь. А за ней нужно добираться далеко – в Тифлис. По ущельям через перевалы до Караклиса (того же самого Ванадзора-Кировакана), где стоял небольшой русский гарнизон, а потом опять на север по таким же отвесным ущельям до Тифлиса. И все это по территории, на которой хозяйничали персы, значительная часть которых находилась под командованием грузинского царевича Александра, перешедшего на сторону поработителей его же народа. Конницу посылать было нельзя, чтобы не оставлять тылы без прикрытия. Цицианов принимает решение послать пеший отряд. Почему он не послал маленькие группы конных гонцов с дублированным донесением? Им легче было укрыться, легче с помощью армян- проводников пройти нужный путь не по основным дорогам, а окольными путями, тропами. Расстояние до Караклиса – немногим более полутора сотен верст, примерно столько же до Тифлиса. Были ли у Цицианова причины не поступать таким образом, никто уже не узнает. Он вызвал к себе одного из лучших своих офицеров – Иосифа Монтрезора - и приказал майору сформировать отряд мушкетеров для выполнения задания. Отряд был создан: сто восемь мушкетеров, один бомбардир с легкой пушкой и пять офицеров.

     Предполагалось, что отряд будет двигаться ночами, потому что персы избегали ночных боев, и преодолеет путь до Караклиса за трое суток. Предполагалось...

     Отряд вышел в путь 15 августа 1804 года, в ночь. Но уже наутро возле ущелья реки Апаран русских окружила персидская конница. Персы с ходу попытались атаковать отряд, но мушкетеры ощетинились штыками в каре, залповый огонь выкосил налетающих персов. Под непрерывный бой барабана русские пошли вперед. Персы вынуждены были отступить. ОНИ не выпускали из виду русский отряд и, как голодные псы на кость, бросались на него беспрерывно. Кстати, отряд уже не был только русским – в самом начале пути к нему присоединились одиннадцать добровольцев-армян. Три предполагавшихся дня до Караклиса превратились в шесть суток непрерывных боев. И все же отряду удавалось продвигаться на север. Шли уже не ночью, а тогда, когда можно было идти, а это новые трудности, потому что в Армении в августе сильная жара, это самый жаркий месяц в году, когда зреет виноград, когда температура неделями бывает от сорока градусов и выше. А в пустынных горах, где ни деревца, ни кустика, солнце бьет в эту пору людей не хуже клинка...

     То и дело начинал греметь барабан, извещая об атаке конницы, в очередной раз отряд отбивает наскок. Потерь почти не было, потому что персы стреляли только издали, а главную ставку делали на сабли и коней. Русские понимали это и старались не подпустить конницу близко, хотя порой приходилось схватываться с прорвавшимися сквозь огонь персами. «Штык-молодец» выручал и в этом случае – персы откатывались.

     Шесть дней отряд пробивался все выше и выше в горы – туда, где перевал, за которым останется один переход до Караклиса. 21 августа, пройдя перевал и спустившись в узкую долину, отряд столкнулся с главными силами царевича Александра и персидского командующего – сарханга Мансура. Многотысячное войско наглухо закрыло выход из долины. Это был конец. И понимали это все: и персы, и Иосиф Монтрезор, и его офицеры, и русские мушкетеры, и армяне-добровольцы. К неудовольствию горячих голов, жаждавших короткой лихой рубки, Александр послал к отряду гонцов с ультиматумом. Предлагал разоружиться и сдаться. Если офицеры пожелают пойти на службу к шаху, то сохранят свои жизни и достаточно хорошее положение. Александр был горд своим великодушием. И поэтому не поверил ответу, который принес гонец: русские не сдаются, они предпочитают умереть с оружием в руках. Предатель-царевич не мог понять, почему эти русские отказываются сдаться? Он вторично посылает гонца и вновь получает тот же ответ... О чем думали они во время последней в жизни передышки, готовя оружие, переодеваясь в чистые рубахи? О глотке воды? О том, что Волга и Днепр далеко-далеко отсюда? А может быть, думали они о том, что на этой земле и русские, и персы – чужеземцы, но одни выручают брата-христианина из неволи, а другие хотят эту неволю закрепить навеки? Иосиф Монтрезор не знал, что царевич не просто повелел изрубить русских в куски, но и приказал «этого француза» взять живым, чтобы лично казнить его за ослушание.

     Майор был занят делом: расставлял людей, позвал к себе армян и велел им уходить, сказав, что шансов на жизнь нет в отряде ни у кого, а они свободны от присяги. Старший из добровольцев на это ответил:

     – Да, мы не присягали царю. Но он далеко, поэтому ты прими нашу присягу. Мы остаемся.

     Персы пошли на штурм позиции отряда. Но здесь, в узкой части долины, большим силам развернуться было негде, Монтрезор понимал это и отдал соответствующие распоряжения.

     Именно благодаря этому отряд не был смят сразу. Бой продолжался почти весь день, переходя в рукопашную схватку, в короткие контратаки. Над полем битвы непрерывно гремел барабан. Потом он умолк. Монтрезор послал узнать, что случилось. Оказалось, барабан пробит.

     Через пару минут перед Монтрезором стояли вызванные им барабанщик Иван Пилипенко и самый ловкий из добровольцев по имени Аваг. Фамилия его так и осталась неизвестной.

     – Данной мне властью я отменяю для вас смерть. Делайте, что хотите: ползите, прячьтесь, бегите, притворяйтесь убитыми, но сейчас же, среди бела дня, вы должны уйти с этого места. Мы здесь погибаем все. Вы – приказываю - должны остаться в живых и, чего бы это ни стоило, рассказать командующему о том, что с нами произошло. Назад идти хоть и дольше, но спокойнее, потому что все персы собрались здесь...
     ...Им удалось уйти. Когда переваливали через ближайшую гору, оглянулись: внизу продолжался бой.

     К вечеру все было кончено. По позиции ходили персы и добивали живых. Искали Монтрезора. Нашли его в груде убитых персов. Мертвого своего командира закрывали тела русских мушкетеров. На мундирах у них уже побурели алые розы, а в полях перепелки все вели свою песню: спать пора, спать пора!..

     Царевич Александр в бешенстве ускакал с поля боя. Немедленно после этого сарханг Мансур приказал остановить добивание, но было уже поздно. Тогда Мансур разрешил армянам из ближайших сел похоронить погибших в братской могиле.

     В своем рапорте на имя Александра I князь Цицианов писал: «...Участь отряда майора Монтрезора была решена во второй половине 21 августа... удалось спастись мушкетеру-барабанщику Тифлисского полка и одному армянину по имени Аваг из тех одиннадцати, ставших под наше знамя»... В рапорте нет имен нижних чинов. В других документах сохранилось лишь несколько фамилий, нет даже фамилии одного из офицеров. Майор Иосиф Монтрезор, поручик Владислав Ладыгин, прапорщики Анисим Церец и Михаил Верещаго, барабанщик Иван Пилипенко, доброволец Аваг.

Вот и все.


     ... В сентябре генерал Цицианов снял осаду Эривани и отвел войска той же дорогой, которой шел отряд. На месте гибели Иосифа Монтрезора, его мушкетеров и добровольцев войска остановились почтить их память. Цицианов не мог говорить, речь его вышла короткой, из головы не выходил юный офицер, так рано погибший, не посрамив ни Россию, ни свое имя. Павел Дмитриевич в ту минуту не мог знать, что жить ему осталось менее двух лет, что будет он убит во время переговоров с бакинским ханом... А традиция отдания воинских почестей вскоре была узаконена: несколько месяцев спустя появилось повеление Александра I «Об отдании воинской почести при прохождении войск по тракту Тифлис - Александрополь, Тифлис - Эривань»: «Проходить мимо памятника русским воинам церемониальным маршем, а также потрудиться возложить на оном букеты цветов или венки»...

 

 




Похожие записи:

Забытые герои. Один танк против 22
Забытые герои. Один танк против 22
В разделе: Статьи
Здесь речь пойдет не столько об отдельном человеке, сколько о команде - экипаже танка КВ-1, которым руководил старший лейтенант Зиновий Григорьевич Колобанов. И этот один танк выстоял против...
Забытые герои. 90 десантников против 2000 боевиков
Забытые герои. 90 десантников против 2000 боевиков
В разделе: Статьи
Сегодня мало кто помнит то, как 14 лет назад Русские солдаты стояли на смерть против превосходящих в десятки раз сил боевиков в Аргунском ущелье. Бой у высоты 776 — эпизод Второй чеченской во...
Забытые герои. Матрос Кайда- кулаки против окопа немцев
Забытые герои. Матрос Кайда- кулаки против окопа немцев
В разделе: Статьи
Этот случай произошёл на Малой Земле. В состав десантного отряда Цезаря Куникова входил матрос Владимир Никитович Кайда. Именно он и его кулаки сыграли решающую роль в этой истории. Подробнее чи...
Забытые герои. Против танковой колонны без единого выстрела
Забытые герои. Против танковой колонны без единого выстрела
В разделе: Статьи
Как один находчивый командир остановил немецкую танковую колонну без единого выстрела. Подробнее читаем далее...
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!